ОХОТА ЗА ИЗВЕРЖЕНИЯМИ

Впервые извержение вулкана я видела в глубоком детстве. В январе 1991 года Авачинский, который находится от Петропавловска-Камчатского в каких-то 25 километрах, заполнил лавой кратер, бывший до этого полой воронкой, далее раскаленный материал начал стекать по склону, обращенному на город. Тогда, впрочем как и сейчас, я жила в микрорайоне «Геологи» и, чтобы посмотреть на событие, мы малышней лезли на крышу дома. 

Конечно, смотрелось красиво, но так как знаний о вулканах тогда не было в силу возраста, это было всего лишь картинкой. Спустя 13 лет я впервые поехала на извержение сознательно. С тех пор подобными авантюрами занимаюсь постоянно. Благо, Ключевской — самый высокий действующий вулкан Евразии, любит извергаться в среднем раз в два года.  Активнее его разве что Шивелуч и Безымянный. Но, в отличие от Ключевского, последние два товарища предпочитают гигантские выбросы пепла фонтанированию лавы и лавовым потокам. Поэтому Ключевской — номер 1 в моем личном топе предпочтений. 

В 2020 году Ключевской вулкан извергался несколько месяцев. Мы долго мониторили ситуацию и, как раз так свезло, что откладывать работу, чтобы съездить на извержение, не пришлось. Вся туристическая отрасль осталась без занятости и была предоставлена сама себе из-за коронавируса. 

Не буду рассказывать все наши приключения, с горем пополам мы, на исходе третьих суток дороги, добрались до места назначения. Скажу лишь, что первоначальный план дал сбой ввиду поломки одной из машин. Мы остались одним экипажем и решили не рисковать, тем более температура воздуха была ниже минус 40 градусов Цельсия. 

Но, если коротко: поломали машину, бросили в лесу, сгоняли 80 километров за камерой для шины, починили, увидели еще пару грыж на колесах и решили сворачивать экипаж, застряли в реке, выпилили полынью метров в 20 бензопилой, осободились, добрались и не спали двое суток. И все ради вот этого …

То, что мы увидели, подобравшись к лавовому потоку, нас одновременно расстроило, впечатлило и заставило думать о вечном. Дорога оказалась перекрыта потоком высотой с пятиэтажку, дубак усиливался и, казалось, на улице было минус 100. Вместе с тем, даже в темноте было понятно, что это настолько грандиозное событие насколько трудно было понять его масштабы, дожидаясь утра.

 Немножко поспав вчетвером в машине, потому что даже в палатке с печкой это было не реально, мы отправились в путь. Решили дойти максимально вверх, сколько успеем до рассвета. Топливо у нас стремительно заканчивалось и была велика вероятность, что случится это в самый неподходящий момент, а глушить двигатель мы не рисковали на таком холоде. Никогда прежде я не поднималась в гору в двух пуховиках при этом постепенно замерзая. Это был новый опыт. 

Спустя несколько километров мы начали приближаться к бортам лавового потока. Первое, что удивило, были деревья, упавшие как поломанные спички, и грунт, который лава буквально вспучила. 

От потока исходил жар, заставивший снять куртки и повесить их на ближайший куст. Зрелище настолько завораживало, что в какой-то момент мы чуть не остались без своих пуховиков. Лава медленно подползла и одежда уже начала греться, издавая тлеющий запах. При этом аккумуляторы в наших камерах садились со скоростью света. Мороз жадно высасывал из них всю энергию. 

Лава, преимущественно андезитового состава, вязкая, больше похожая на застывшие комки грязи, продолжала наступать. Она обрушалась, поджигая стволы вековых лиственниц и берез. Чтобы дерево было повержено потоком требовалось всего 20-30 минут, настолько они быстро прогорали у основания.